Когда у главы есть голова
[ Обновлено 22 января 2003 года ]
 
Крючков
Геннадий Семенович,
мэр города Малоярославец Калужской области
Прошлым летом калужский губернатор привез в Малоярославец городских и районных глав со всей области: посмотреть и изучить образцовую систему энергосбережения, поучиться организации местного самоуправления.
Едут к Геннадию Семеновичу Крючкову, главе администрации и председателю городского совета, не только коллеги. Доводилось ему встречать у себя таких именитых гостей, как мэр Москвы, Валентина Матвиенко, Патриарх Алексий II. Старинный маленький город на фоне тихо бедствующей русской глубинки сегодня выглядит прямо-таки фантастически с его новыми музеями и культурными центрами, красавцем микрорайоном Маклино, школами и спортзалами.
Мал золотник, да дорог
Малоярославец строится и богатеет. Чудо это стало возможно с приходом нового мэра. Но знакомство с ним началось не с демонстрации достижений городской администрации. В кабинете Крючкова повисла напряженная тишина после закончившейся оперативки.
"Наши бюджеты как были нищими, так ими и останутся, - глава в сердцах отодвигает полученные из области бумаги. - Как бы город ни сработал, его оберут. Честно скажу, за мою немаленькую жизнь сейчас у меня далеко не самая высокая должность, но руководителем крупных строительных подразделений решать задачи было проще. Управляющим крупнейшего треста Миннефтегазстроя чувствовал в руках куда больше рычагов власти, чем сейчас. На отдаленных площадках, в горах и пустыне мы возводили поселки для нефтяников, строили все: от домов, где люди жили, до милиции, суда, бытовых объектов - чтобы было где хлеб печь, детей растить, людей лечить. Создав готовые инфраструктуры, уходили в новые места. Поверьте, это было не просто, но мы хорошо знали, какая перед нами задача, и на совесть ее решали. Став главой, сразу уперся в непрошибаемую стену: где они, источники финансирования? Первой мыслью было: без денег и власти, при вечном конфликте с губернским руководством нужно ли вообще местное самоуправление? Да еще не прекращалось давление со стороны районных руководителей, которые и после того, как город выделился в отдельное муниципальное образование, вставляют палки в колеса. Никак не смирятся с тем, что время райкомов ушло, и мы собой командовать уже не позволим".
Крючков несколько раз подолгу беседовал с губернатором, доказывая, что местное самоуправление областной власти не враг. Муниципалитеты согласны с вертикалью власти как основой порядка. Никакие особые полномочия городскому совету не нужны - дайте только жить своей жизнью, САМОуправляться.
Местная администрация не замахивается на областные и тем более федеральные полномочия. "Мы должны заниматься человеком", - объясняет Геннадий Семенович. – "У нас он рождается, растет, учится, работает, живет, умирает. Город обязан позаботиться, чтобы все это было достойно. Нам отдали под защиту самых малых и старых. Люди среднего возраста как-то выживают: кто работает, кто торгует, кто ворует. А мал да стар под нашей опекой. До сих пор, однако же, не установлено, сколько мы можем на человека потратить. Я интересовался во время поездки в Америку - там тратят много. Ясно, что мы столько не можем. А сколько можем? Поэтому главный для нас вопрос - бюджетные взаимоотношения. Малоярославец - благополучный город на фоне всеобщей нищеты, но и у нас этот вопрос стоит остро. Например, при составлении бюджетов забывают, что город нужно освещать. В графе затрат на уличное освещение, как и на асфальтирование, ремонт тротуаров, сплошь нули. Вроде бы нет таких расходов (при предыдущем мэре так и было - люди ходили по деревянным мосткам, спасаясь от грязи калошами, приезжие обматывали ботинки целлофановыми мешками). В области одно объяснение: дадим деньги вам - другим, более бедным районам ничего не останется.
Крючков согласен: бедным труднее выжить. И поделиться он с ними не против. Но нельзя отнимать необходимого минимума. Не выкачивайте из донора больше крови, чем он может дать. Как объяснить людям, честно работающим и платящим налоги, что улицы темные и грязные не по вине городских властей? Город зарабатывает немалые деньги, и доходы эти не на бумаге, они исправно поступают в федеральный, областной, местные бюджеты. Люди вправе ожидать, что жить они должны лучше, чем там, где дела идут плохо.
Может, слово "грабеж" кому-то и не понравится, но нужно называть вещи своими именами. Бюджет, убежден Геннадий Семенович, нужно планировать не сверху, а снизу. Местная власть предоставляет свои доходы и затратную часть. Область сверяет, контролирует. А то доходит до абсурда. Ввели коэффициент 0,7 на все расходы. А где недостающие 30 процентов взять? Украсть?
Есть вопросы, которые нужно решать на федеральном уровне, если субъекты не могут сами навести у себя порядок. Законы принимать реальные, без разночтений. Иначе на каждый абзац в законе появляются тома толкований. Причем каждый клонит, куда ему выгодно. А местное самоуправление в результате загнано в тупик.
С введением второй части Налогового кодекса бюджет города потерял 20 с лишним млн рублей. Премьер Касьянов уверял, что Правительство передало субъектам крупные суммы для смягчения перехода на новую систему налогообложения. Был слух, что в область тоже пришли какие-то деньги. Но вот Крючков открывает ведомости - напротив Малоярославца опять нуль. Идет к губернатору - у них хорошие взаимоотношения, но в этом вопросе позиции в корне расходятся. Необеспеченность губернского бюджета заставляет обирать город по принципу: "Эти-то сами выкрутятся!" Крючков понимает, что нужно помогать соседям и селу. Но только после того, как свои прорехи будут залатаны.
В едином котле
Пасмурным ноябрьским днем 1996 года Геннадий Семенович приступил к своим новым обязанностям. И сразу навалилось: детсады не отапливаются, школы стоят закрытыми. Заводы - хозяева котельных - не давали городу тепло из-за скопившихся долгов за газ и электричество. Денег на это, естественно, нет.
Крючков звонит одному из крупных директоров: "Хочешь, на коленях приползу - дай тепло. Слово мэра, рассчитаюсь!" Долго господин директор над Крючковым издевался, да и отказал. Мэр пообещал: "Через год, когда мы будем со своим теплом, еще вспомнишь этот разговор!" Гендиректор рассмеялся: нищий город такое ему заявляет! Но уже в 1997 году, бросив все на энергетику, Крючков запустил три муниципальные котельные. Одна из них позволила полностью уйти от того самого злополучного завода.
Сегодня все городское тепло - муниципальное. Новые котельные - наисовременнейшие. Котлы с кпд не менее 92 %, технологии подготовки воды - самые дешевые и менее энергоемкие. На первых порах закупали импортное оборудование, в последнее время в поставщиках бывшие оборонщики из Мытищ, Черноголовки, Зеленограда. В родном городе наладили производство на фирме "Ремтепломаш". Из-за границы везется только то, чего нет пока у нас, шведские горелки, например. Смело применяются новые технологии и материалы - более эффективные пластинчатые нагреватели, частотные регуляторы тока. Сетевые энергонасосы потребляют в три раза меньше электроэнергии. Фантастика! Это не значит, конечно, что население сразу стало в три раза меньше платить за тепло. Пока не окупились затраты, платят по-прежнему. Деньги вернутся через несколько лет. Но город обрел независимость. Тепло, вода, канализация теперь в ведении единого муниципального унитарного предприятия. Позади времена, когда приходилось кланяться чужому дяде. Все коммунальное хозяйство "в едином котле", в одной схеме. За переброску средств с одного объекта на другой платить не нужно - только на этом Малоярославец экономит до 3 млн. рублей в год.
Ушли от монополий, деньги остались в городе. Дальше больше. Крючков вспоминает, как в тот первый тяжелый год Газпром обольщал: в счет долгов возьмем ваши котельные, проведем их реконструкцию и наладим поставку тепла. Казалось, вот он, выход: сбросить с себя лишнюю ношу, переложить на чужие плечи.
"Не все поняли тогда, почему я отказался, почему настойчиво искал самостоятельного решения, - улыбается Геннадий Семенович. - Я ведь сам вышел из Газпрома и понимал, в какую кабалу рисковал попасть. Кроме платы за газ, очень скоро к нам стали бы поступать счета за обслуживание котельных плюс любые накрутки, которые вздумается сделать монополии.
В наше время беспроигрышны три вещи: наркотики, проституция и тепло. С первыми двумя власть, понятное дело, борется. Но на третьей можно честно зарабатывать. Что мы и сделали. Наш опыт тиражируется, а мы не останавливаемся на достигнутом. Каждая новая котельная лучше предыдущей. Две из них работают полностью в автоматическом режиме, третью строим".
Крючков скромно умалчивает, что удостоился в 2000 году звания лучшего менеджера в области муниципального хозяйствования. Этому у него тоже стоит поучиться. Котельные строил своими силами. Организации, сдающие котельные под ключ, предлагали сметы с 40-процентной накруткой. Своей фирме город выделяет деньги только на материалы. Есть своя техника, прилично обустроенные бригады. Пошли заказы со стороны: выполнили, например, большой объем работ для Газстроя. Приступили к реконструкции водопроводной сети: трубы были проложены давным-давно, сталь проржавела - сплошное решето. Заменили их на стеклопластиковые. 70 лет такая труба может прослужить, весит всего ничего - двое рабочих легко поднимают. Сэкономили на монтажном оборудовании. Все, что может, город делает своими силами: зачем отдавать кому-то немалые денежки из и без того урезанного бюджета?
"В Москве Лужков, в Малоярославце – Крючков" - слоган, с которым горожане шли голосовать за нового мэра. Геннадий Семенович в Малоярославце живет восьмой год. Приехал проведать дочку, встретил друзей-строителей, с которыми вместе осваивал когда-то Каракумы. И загорелся, когда они предложили ему возглавить здесь новую газпромовскую стройку, обрисовав всех "планов громадье". Заштатный провинциальный городок вдруг стал для Крючкова главной точкой приложения сил. Все новое жилье, все промышленные комплексы, современные школы и культурные центры построены им, тогда еще главным инженером дирекции по строительству Газпрома.
Как получилось, что монополия обосновалась именно здесь? Город удобно расположен - всего 101 км от Москвы. Есть железнодорожная ветка, а возле - неиспользованные газпромовские площадки. На них и началось строительство с размахом, обстоятельно, серьезно.В 1992 - 1993 годах у города появился реальный шанс выжить.
"Вы спросили, каким был Малоярославец, когда я впервые его увидел, - вспоминает мэр. - Грязным. Ни тротуаров на улицах, ни воды в домах, ни тепла, ни канализации. Ощущение страшной запущенности. Заброшенный город российской глубинки. С развалом "оборонки", на которую работал город, люди потеряли средства к существованию, утратили надежду. С инвестициями Газпрома город обрел второе дыхание, успел вскочить на последнюю подножку уходящего поезда. Специалисты "оборонки" плавно перетекли на новые предприятия. Повсюду появлялись плакаты "Требуются, требуются"...
Но разрастался город однобоко - европейского уровня жилье и производство на заводских комплексах монополии и ветхие почерневшие дома в старых кварталах. Настал момент, когда высокое газпромовское руководство, помесив колесами лимузина грязь в центре города, вызвало Крючкова: "Пойдешь в мэры, наведешь порядок!" За неполных семь лет Газпром вложил в Малоярославец 750 миллионов долларов - впредь грязи на улицах терпеть не собирался.
"Честно говоря, не хотел идти в чиновники, - признается Крючков. - Я - инженер-строитель, заслуженный строитель России. Ждал выборов с тайной надеждой, что проиграю. Но избрали в первом же туре, моя предвыборная программа строительства и социально-экономического развития города воодушевила малоярославцев. Видно, и они уже устали от разрухи и неразберихи. Через четыре года я победил на следующих выборах, уже с 84 процентами голосов".
Город и его глава накрепко срослись душой за это время. Столько построено, столько сделано. Впервые благодаря закону о местном самоуправлении, считает Крючков, Малоярославец получил реальную возможность распоряжаться своим бюджетом. Денег, конечно, никогда много не бывает, но теперь хоть не нужно ходить с протянутой рукой и испрашивать у кого -то разрешение на каждое большое и малое дело. Сделано много, и поворота назад муниципальная власть не хотела бы.
Дума в Малоярославце небольшая: мэр да пять депутатов. И куда больше? В городе всего 30 тысяч населения. Если сравнить с Москвой, так, маленький микрорайончик. Объем работы у депутатов соответственный. Хотя проблем хватает. Одновременно с энергетической нужно срочно было решать проблемы детства, культуры, образования, здравоохранения. По каждой приняли целевую программу. Дело сдвинулось с мертвой точки. Очень помог благоприятный налоговый климат конца 90-х. Администрация имела хорошо наполненный бюджет и сама им распоряжалась. Коллеги стали наезжать к Крючкову, перенимать опыт. Малоярославец вступил в Союз исторических городов России, в Ассоциацию экономического развития городов, в Конгресс муниципальных общин, в Союз российских городов. Принял участие в конкурсе устойчивого развития малых городов России и выиграл грант в 40 миллионов. Эти деньги потратил, заказав в Институте открытого общества перспективную программу социально-экономического развития. Теперь движение вперед осуществляется не на ощупь, а по науке. Сам глава города стал почетным членом нескольких российских академий.
Третье дыхание
Медленно, но верно, не без помощи городских властей, стали набирать обороты средние и малые предприятия: Малоярославецкий завод резиновой обуви, швейная и мебельная фабрики, акционированная в последние годы "оборонка".
Главной своей задачей Крючков видит выравнивание уровней новой, газпромовской, и старинной, основной части своего города. Когда Малоярославец получил диплом на Всероссийском конкурсе благоустройства малых городов, оценивалась не одна только улица Российских газовиков. Похорошел исторический центр городка: снесены уродовавшие его бараки и покосившиеся ветхие домишки, разбиты скверы, установлены новые и приведены в порядок старые памятники. Завершается реконструкция центральной площади.
Дороги и тротуары здесь - предмет особой гордости. Все подходы к магазинам и общественным зданиям выложены разноцветной плиткой, выпускаемой на одном из предприятий Малоярославца, летом повсюду цветы. Сюда не стыдно привезти самую представительную делегацию.
Бывают тут гости со всей страны и из-за рубежа. Самые дорогие из них - белорусские побратимы. С Борисовом побратались еще до подписания Союзного договора. Искали город небольшой, вроде своего. Но первым откликнулся Борисов. Оказалось, у них много общего. Оба имели ключевое значение в Отечественной войне 1812 года. Близ Борисова произошла историческая битва на реке Березине. И в Великую Отечественную войну оба города вписали свои славные страницы.
Сотрудничество строили по линии школьного и культурного обмена. Стали выпускать совместную газету "Содружество". Этой осенью отпраздновали двойной юбилей: Малоярославцу "стукнуло" 600, а Борисову - 900 лет. "Полторы тысячи на двоих", - шутит Геннадий Семенович.
Малоярославец имеет вполне реальный шанс перейти вскоре на третье дыхание. Надежды связаны опять-таки с Газпромом, его концепцией вахтового метода освоения заполярных газовых месторождений Ямала. Вместо того чтобы строить на вечной мерзлоте новые города, которые, когда будет выбран газ, придется бросить, решено развивать российскую глубинку. Так что вскоре возле знаменитого Маклина начнется возведение квартала-близнеца на тысячу квартир. А в перспективе - на 20 тысяч квартир.
"Мы смогли убедить Газпром, что строить надо именно у нас, - разворачивает Крючков бумаги. - Дали реальное обоснование, подготовили документацию, схему коммуникационных сетей".
Недалек тот день, когда Малоярославец станет не столь уж малым. Уже сегодня сюда переселяются сотни семей из бывших братских республик, из захиревших российских городов. Какое благо для России - их возвращение! Большинство из них - интеллигенция, специалисты. Рождаемость падает, люди доведены до отчаяния, спиваются, так что радоваться бы, что вливаются свежие силы, а мэр сокрушенно качает головой.
"Переселенцы становятся в и так уже непомерно растянутую очередь на жилье. Правительство, вместо того чтобы позаботиться об этих людях, вновь перекладывает проблему на местную власть. В городе есть рабочие места, есть перспектива развитие. Новые люди очень нужны. Пусть государство определится, гарантирует ли оно исполнение своих законов. И если нет, надо честно сказать, что средств на предоставление льгот переселенцам нет, очереди ликвидированы, и нужно самим зарабатывать на жилье".
Крючков изучил, как строится жилье в Америке, и готов делать так же у себя. Никаких гарантий от государства ему не нужно - разрешили бы впрямую работать с населением. Всего-то дел: заключить договор и в кредит на 20 - 30 лет под небольшие проценты построить новые дома.
Рожденный строить
Уж Крючков-то построил бы. Строитель от Бога, он умеет сопереживать чужой беде, так как сам многое пережил: и сиротство, и голод, и тяготы немецкой оккупации в Крыму. Был в его жизни даже расстрел. Вывели их фашисты на окраину городка - стариков, женщин, детей - и покосили автоматными очередями. Он один уцелел - соседка успела прикрыть своим телом. Сколько времени провел мальчик в страшном рве среди мертвых? Разве обычными часами измерить? Глубокой ночью выбрался из-под окоченевших тел. Приютили родственники. У них и жил, пока не вернулись спустя полгода после окончания войны из немецких лагерей мать с братишкой. Отец, сбитый с толку слухами, что жена и дети пропали, завел к тому времени новую семью. Мать поднимала сыновей одна. Позже Геннадий как старший стал ее главной опорой.
Мечтал, как все мальчишки той поры, учиться на летчика. Но... Жизнь была тяжела, а по соседству имелся военно-строительный техникум. Отец был столяром, дед... Выпало и Геннадию дома строить. Поступил в Одесский строительный институт, но вскоре пришлось его оставить - мать три года была прикована параличом к постели. Потом армия, и уже после – завершение учебы на вечернем отделении. Пошел отсчет длинной-длинной строительной биографии. Долго перечислять все большие должности, на которых пришлось поработать ему в разных уголках Союза. Обустраивал газоконденсатные месторождения в Каракумах. Знал еще в ту пору нынешнего туркменбаши, а тогда интеллигентного и обаятельного секретаря ЦК Компартии Туркмении Сапармурата Ниязова. Там же впервые повстречался с Черномырдиным.
"Это сейчас как веселый анекдот рассказывается, - улыбается Крючков. – А тогда мне было не до шуток. Незадолго до того побывал у нас корреспондент "Правды" и долго расспрашивал о работе, в том числе и о трудностях, которых не могло не быть на крупной стройке посреди пустыни. А буквально вслед за ним прилетает на промысел нефтегазовый министр Виктор Степанович. Входит в окружении замминистров, начальников главка, треста и другого высокого начальства и с налету кричит: "Так это ты сочинитель?", доставая из кармана газету. Но "Правда" есть "Правда". Поэтому говорю: "А в чем проблема? Я ответил на вопросы, все как есть". Черномырдин рассвирепел и повел свою команду прямо по пескам, по барханам через всю стройку. Потом говорит: "Правильно написано". И, конечно, был серьезный разговор - всем сестрам по серьгам досталось. В итоге приняли меры и все исправили. Эта первая встреча запомнилась навсегда. Были и другие, в Туркмении и здесь уже, в Малоярославце. Если не говорить о политике, этот человек много сделал в первую очередь для Газпрома. Когда все вокруг разрушалось и сыпалось, он удержал Газпром".
Его черты крепкого хозяйственника импонируют Крючкову - сам такой же. Пришел и поставил город на ноги. Приезжают люди, удивляются городу, как заморскому чуду, и понимающе поджимают губы: ну еще бы, тут ведь Газпром! Но, если честно, Газпром и до Крючкова был, так же отчислял налоги, а проблемы города не решались.
Здесь будет город-сад
С чего начал новый глава? Как любой добросовестный хозяйственник, с инвентаризации. Выяснилось, что город практически не имеет собственности. Пришлось заняться разделом имущества с администрацией района. Все свое отстояли. Приняли здания, сооружения, рынок, магазины. Время было непростое - 1996 год, вопрос о муниципальной собственности зависал в воздухе. Тогда создали свой комитет по имуществу, чтобы определить, что городу нужно, и как распорядиться тем, что у него уже есть, учитывая при этом новые, рыночные отношения.
Острейший вопрос - дети Малоярославца. Оказалось, что нет у них ни одного спортивного зала. Кроме как в Маклинской школе, нет места для внешкольных занятий. Дворовые площадки пришли в полный упадок. Срочно нужно было создавать сеть дошкольных учреждений, клубов, кружков, секций. О школе и детсадах разговор отдельный и долгий - лучше, чем в Малоярославце, не только в области, но и по всей стране сегодня, пожалуй, трудно найти. Позаботились власти и о том, где продолжать учебу. В городе открыт филиал Петровской академии наук и искусств, филиал Московской академии политики и экономики и еще несколько высших и средних специальных учебных заведений.
В городе за последние годы созданы два музея и собственная картинная галерея, завершается строительство культурного центра с кинозалом, оснащенным квадрозвуковой аппаратурой. И это не сказки - все можно увидеть своими глазами.
"Гудок", 15.01.2003
Юлия ЗАХВАТОВА
Малоярославец, Калужская обл.
|
